Как оценить и минимизировать субсидиарные риски

Риск субсидиарной ответственности (СО) из редкого исключения превратился в устойчивую практику. По данным Федресурса, только за 2024 год было подано 6 248 заявлений о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, и суды удовлетворили 3 229 из них. Для сравнения: в 2023 году из 6 475 заявлений положительно были рассмотрены 2 806. Таким образом, доля удовлетворенных требований выросла с 43% до 52%. То есть каждое второе заявление заканчивается реальным взысканием с руководителя или собственника.

Кроме того, суды все чаще оценивают не формальный статус руководителя, а реальную степень контроля над бизнесом. Под удар попадают не только генеральные директора, но и учредители, бухгалтеры, финансовые директора и бенефициары, если они влияли на ключевые решения. Понимание своих рисков заранее позволяет выстроить стратегию защиты, сохранить доказательства добросовестности и избежать необоснованных претензий.

В этом материале команда «ЮрТехКонсалт» разберет, как оценить риски привлечения к субсидиарной ответственности, какие признаки учитывают суды и какие ошибки повышают риск личных последствий.

Субсидиарная ответственность применяется, когда у должника недостаточно средств для расчетов с кредиторами. В этом случае ответственность по долгам должника несут лица, которые будут признаны ответственными за банкротство должника. Более подробно о механизме мы рассказывали в материале «Как привлечь к субсидиарной ответственности».

Риск привлечения к СО сохраняется, даже если юридическое лицо не проходило процедуру и было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее. Формальное исчезновение компании не избавляет от ответственности тех, кто принимал управленческие решения. Если долги остались, кредиторы вправе взыскивать их с контролирующих лиц, и суд оценивает, каким образом их действия или бездействие ухудшили положение кредиторов.

Оценка риска субсидиарной ответственности невозможна без понимания, где именно возникают уязвимости в управлении компанией. На практике суды рассматривают не только отдельные ошибки, а совокупность факторов, указывающих на неразумные или недобросовестные действия контролирующих лиц. Эти факторы можно условно разделить на пять групп.

Эта категория охватывает ошибки и бездействие в управлении, которые ухудшают финансовое положение компании или нарушают интересы кредиторов. Суды оценивают, насколько осмотрительно действовали руководители и собственники в кризисных ситуациях, предпринимали ли они меры для стабилизации бизнеса и защиты активов. К управленческим рискам относятся:

• Отсутствие контроля за бухгалтерией и финансами

Если руководитель не запрашивает отчетность, не анализирует движение денежных средств и передает ключевые полномочия без надзора, суд может прийти к выводу, что руководство не обеспечило должного контроля за деятельностью компании. Это само по себе является нарушением обязанности действовать разумно и добросовестно.

• Игнорирование признаков неплатежеспособности

Когда компания систематически нарушает сроки платежей, руководитель обязан инициировать процедуру банкротства. Затягивание обращения в суд рассматривается как недобросовестное бездействие и может повлечь ответственность директора по долгам должника.

• Одобрение сомнительных сделок

Подписание договоров без экономического обоснования, особенно с аффилированными лицами, суды квалифицируют как неразумные и рисковые управленческие решения. Если такие сделки ухудшают положение кредиторов, ответственность несут как директор, так и бенефициар, если он участвовал в принятии решений. Иногда ответственность с указанными лицами могут разделить и выгодоприобретатели по подозрительным сделкам.

Отсутствие документов — одна из самых частых причин, по которой суды признают действия контролирующих лиц недобросовестными. Даже если решения принимались в интересах компании, без документального подтверждения этого невозможно доказать. Типичные ситуации:

• Отсутствие первичных бухгалтерских документов

Если не сохранены или не переданы договоры, счета-фактуры, акты, выписки, первичные учетные регистры, суды рассматривают это как нарушение обязанности обеспечить надлежащее ведение бухгалтерского учета. Ответственность обычно несут директор и главный бухгалтер.

• Искаженная бухгалтерская отчетность

Несоответствие отчетных данных фактическим операциям, фиктивные активы, заниженные обязательства или искусственное увеличение расходов. Такие нарушения квалифицируются как недостоверное ведение учета, за которое отвечает директор, но в зависимости от должностных обязанностей могут привлечь и главного бухгалтера.

• Отсутствие подтверждения экономической целесообразности сделок

Если договор не сопровождается расчетами, служебными записками, протоколами согласования или иными внутренними документами, суд может признать сделку фиктивной. В этом случае ответственность ложится на директора, финансового директора или бухгалтера, участвовавших в ее оформлении.

К финансовым рискам относятся действия, которые ухудшают положение кредиторов или уменьшают конкурсную массу должника. Суды рассматривают такие операции как прямое доказательство причинно-следственной связи между действиями контролирующих лиц и убытками кредиторов. Основные проявления:

• Вывод активов на аффилированные компании

Передача имущества или денежных средств аффилированным лицам, часто по заниженной цене или без встречного предоставления является одним из наиболее очевидных оснований для привлечения к ответственности собственников и руководителей, которые принимали участие в таких операциях.

• Сделки, оказывающие предпочтение отдельным кредиторам

Выплаты «своим» контрагентам при наличии других непогашенных обязательств создают неравные условия между кредиторами. Подобные действия часто квалифицируются как направленные на нарушение имущественных интересов независимых кредиторов, а ответственность возлагается на директора и бухгалтера, которые их одобрили или провели. Такие ситуации тесно связаны с нарушением очередности расчетов и принципов равенства кредиторов. Подробнее о том, как суды определяют приоритет требований, читайте в материале «Субординация требований кредиторов в банкротстве».

• Фиктивные займы и взаимозачеты

Контролирующие лица нередко создают мнимые обязательства, чтобы скрыть действительные долги или вывести средства из компании. Подобные операции используются для искусственного уменьшения конкурсной массы или изменения реальной структуры обязательств. Если недействительность сделок признана в суде, ответственность, как правило, несут и финансовый директор, и руководитель.

Эта группа рисков связана с поведением контролирующих лиц в рамках дела о банкротстве. Даже при отсутствии прямых финансовых нарушений суды нередко делают вывод о недобросовестности на основании процессуальных действий или бездействия. Типичные примеры:

• Несвоевременная подача заявления о банкротстве

Руководитель обязан обратиться в суд при появлении признаков неплатежеспособности. Нарушение этого требования рассматривается как бездействие, повлекшее ущерб кредиторам, и ведет к субсидиарной ответственности. Подробнее о сроках подачи заявления, признаках неплатежеспособности и нюансах процедуры мы рассказывали в статье «Как подать на банкротство: пошаговая инструкция для компании». 

• Непередача документов арбитражному управляющему

Отсутствие бухгалтерских и корпоративных документов расценивается как попытка скрыть факты хозяйственной деятельности. Это одно из наиболее частых оснований для привлечения директора к ответственности.

• Отказ от взаимодействия с управляющим и контролирующими органами

Игнорирование запросов ФНС, арбитражного управляющего или суда усиливает презумпцию недобросовестности. Такое поведение воспринимается судами как нежелание содействовать процедуре и добросовестно защищать интересы компании. О правах и обязанностях руководителя компании в период процедуры банкротства вы можете узнать в этом материале.

Эта группа рисков связана с доказательствами, подтверждающими личное участие конкретных лиц в действиях, повлекших банкротство или ущерб кредиторам. Даже если человек не занимал руководящую должность, наличие электронных подписей, переписки, распоряжений или иных следов участия может позволить суду признать его контролирующим лицом. Основные ситуации:

• Использование электронной подписи для сомнительных операций

Если с ЭЦП совершались операции по выводу активов, ответственность несет владелец подписи, независимо от того, кто фактически осуществил подписание. На практике суды возлагают ответственность как на руководителя, так и на бухгалтера, если их подпись использовалась для незаконных действий.

• Подписание документов без проверки контрагентов

Заключение договоров с непроверенными партнерами, особенно с компаниями-однодневками, рассматривается как отсутствие должной осмотрительности. Руководитель обязан убедиться в благонадежности контрагента, и невыполнение этой обязанности является основанием для признания его действий недобросовестными и неразумными.

• Переписка, подтверждающая фактическое управление

Электронные письма или сообщения, из которых видно, что лицо давало указания по платежам, заключению договоров или кадровым вопросам, часто становятся решающим доказательством. Это особенно важно для бенефициаров и номинальных руководителей: формальное отсутствие должности не освобождает от ответственности, если фактическое управление доказано.

Понять вероятность привлечения можно без судебного спора: достаточно проверить собственные действия и документы по ряду ключевых направлений. На практике это своего рода внутренний аудит поведения контролирующих лиц за последние три года (именно этот период анализирует суд).

Суды оценивают не только формальные должности, но и фактическое влияние на деятельность. Если платежи, сделки, кадровые решения согласовывались вами даже без официальных полномочий, это говорит о контроле. Проверьте, какие распоряжения вы давали письменно или в переписке, кто подписывал документы, вел переговоры с контрагентами. Даже единичные подтверждения таких действий могут стать основанием для признания фактического управления.

Нужно выявить операции, которые могли ухудшить положение кредиторов:

• сделки с аффилированными лицами без встречного исполнения;
• выплаты отдельным контрагентам при долгах перед другими;
• вывод активов или фиктивные займы.

Если вы участвовали в согласовании таких операций, риск повышается, даже если инициатором был кто-то другой.

Искажение бухгалтерской отчетности, отсутствие первичных документов или несоответствие фактических платежей отчетности — один из главных индикаторов контроля. Проверьте:

• подписывали ли вы отчеты, которые не соответствовали реальному положению дел;
• знали ли вы о фиктивных активах, завышенных расходах или «задвоенных» обязательствах;
• принимали ли участие в сдаче и согласовании отчетности.

Если хотя бы по одному из этих пунктов ответ положительный — риск привлечения к субсидиарной ответственности повышается, поскольку суд расценивает осведомленность о недостоверной отчетности как форму участия в недобросовестных действиях.

Отказ передать документы, игнорирование запросов о предоставлении документов, информации и передаче имущества суды трактуют как уклонение от сотрудничества. Такое поведение создает презумпцию недобросовестности и усиливает вероятность привлечения. Проверьте, направляли ли вы документы по запросам, участвовали ли в собраниях кредиторов, предоставляли ли объяснения. Чем меньше взаимодействия — тем сложнее будет доказать свою непричастность к финансовым проблемам компании.

Суды обращают внимание на то, как лицо реагировало на признаки неплатежеспособности. Если были кассовые разрывы, задолженность по зарплате, просрочки перед налоговой, — а вы продолжали согласовывать сделки, выдавать займы или выводить активы, это свидетельствует о сознательном риске причинения вреда кредиторам. Проверка на этом этапе простая:

• Когда появились первые признаки дефицита средств;
• Какие управленческие решения принимались после этого;
• Были ли попытки уведомить участников, кредиторов или ФНС.

Если по результатам анализа выявлены признаки недобросовестных действий — вывод активов, искаженная отчетности, несвоевременное обращение в суд с заявлением о банкротстве — риск можно считать повышенным.

Важно понимать, что в делах о субсидиарной ответственности не действует презумпция невиновности. Наоборот, в силу статьи 61.11 ФЗ-127 возникает презумпция вины контролирующего лица: если установлено, что руководитель (или иное лицо) контролировал должника и своими действиями или бездействием способствовал банкротству, именно на нем лежит обязанность доказать свою добросовестность и опровергнуть доводы заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Даже если сомнительные действия имели место, ключевое значение имеет контекст и мотивы. Соберите документы, которые объясняют причины управленческих решений:

• служебные записки о попытках урегулировать кризис;
• протоколы совещаний, где зафиксированы альтернативные предложения;
• переписку с банками и кредиторами, подтверждающую попытки реструктурировать долги.

Такие доказательства показывают суду, что руководитель или бухгалтер действовали осмотрительно, а не пытались скрыть убытки или вывести имущество.

Если риск признан высоким, необходимо заранее выстроить стратегию защиты:

• Определить, на какие доказательства можно опереться;
• Оценить судебную практику по аналогичным кейсам;
• Подготовить позицию по добросовестности и разумности управленческих решений.

Чем раньше будет выстроена позиция, тем выше шансы избежать субсидиарной ответственности или ограничить ее размер.

Субсидиарная ответственность — это инструмент, который суды все чаще используют для компенсации убытков кредиторов за счет руководителей и собственников. При этом даже добросовестные управленцы могут оказаться под ударом, если не смогут доказать разумность своих действий. Если вы сомневаетесь в своей ситуации, эксперты компании «ЮрТехКонсалт» проведут консультацию, во время которой:

• проанализируют вашу роль и действия в управлении компанией;
• оценят вероятность привлечения к субсидиарной ответственности;
• выявят риски в документации и корпоративных решениях;
• предложат конкретные шаги по снижению личных рисков и подготовке доказательной базы добросовестности.